Григорий Мальков (ironsea) wrote,
Григорий Мальков
ironsea

  • Music:

Сообщения.



Холодный трамвай, в котором не работает отопление, всё равно лучше, чем на улице, давно не было, так замерз, хоть и нет ветра и только искристые снежинки, колючие, почти не тают на стылых щеках. Но вот теперь в трамвае, устроиться на жестком сидении, руки в рукава и напыжиться как воробей, чтобы согреться. И не двигаться, вот теперь хорошо, стало так хорошо, я будто слился с сиденьем, с трамваем и с рельсами, тянущимися вдаль, к дому, тягучими, звенящими рельсами и звонкой промерзшей землей, которая гудит под трамваем и с каждым стуком сердца по рельсам разбегается быстрее к следующей остановке, на которой чуть холодным воздухом потянет из дверей.
И вот сообщение, телефон вибрирует в кармане, стучится в грудь, я знаю что это от нее сообщение, почему-то знаю, что от нее, всегда как-то иначе это. От любимой. Не рекламное сообщение о скидках, не сообщение в чате вацапа, не от друзей, не от бывших, ни от кого другого. Я чувствую это, но не хочу доставать телефон, не хочу прервать зыбкое ощущение комфорта и тепла, даже шевелиться не хочется. Но стало теплее, еще теплее от этой вибрации так близко к сердцу. Смотрю на белые-белые от инея окна, вспоминаю белые-белые сливки.
Платье с узором "огурец", красивое, идёт ей очень. И вообще стиль "бохо" на ней так красив. Такая красивая, декольте совсем чуть видно в разрезе грудь, остальное под тканью, да-да мужчины смотрят туда слишком долго, слишком плотоядно, а не в глаза. А она всегда хочет накормить меня, даже если мне не хочется, или хочется скорее съесть ее саму. А это смешанное ощущение, потому что она такая мягкая, нежная, ее и касаться нужно аккуратно, осторожно, но одновременно хочется укусить, вонзить зубы и носом ощутить теплый запах кожи, сладкий у поверхности. "Ешь! Попробуй хотя бы, вот мед, подруга прислала из деревни и сливки, настоящие! Попробуй, ну попробуй, пожалуйста!" Сливки твердые, как масло, но белые-белые, пробую из ложки в ее руках, пробую, оставляя в ложке половину, а она облизывает после, смущается, но достает из банки еще. "Теперь мед попробуй". Пробую и она снова облизывает ложку, облизывает губы, они становятся блестящими и сладкими. Тянусь к ней, к губам, к груди и телу и чем ближе, тем жарче от близости, от кожи, она пахнет так вкусно ванилью, горячим хлебом, медом и сливками. Так вкусно, так жарко становится, так хорошо. Так хорошо, пока рельсы тянутся, гудят под сиденьем, стучат в ритм сердцу.

Почти в полной темноте, к которой уже привыкли глаза вижу как засветился экран, осветил часть комнаты, часть кровати. Это от нее сообщение, я знаю, не видя экрана знаю, что от нее и жду теперь пока экран сначала станет чуть тусклее, потом погаснет совсем. И снова надо привыкать к темноте, только из окна в комнату попадает свет фонарей, проникает через шторы, рождает приятный, теплый полумрак. "От кого сообщение?" Ни от кого, - отвечаю и стыдно так говорить про нее. "Врушка", - говорит и поднимается выше, целуя живот, "Врушка!" поднимается к груди и целует в губы, а потом смотрит в глаза. Ее глаза чуть мерцают в темноте, как две блестки, смотрят, пропадают иногда под веками, вижу еще, как блестят мокрые от поцелуя губы. Помню какие они, ее глаза, на свету - ярко синие, пронзающие будто насквозь, в них и смотреть долго нельзя и проникнуть внутрь через них будто совсем невозможно. Совсем не такие как у нее.
А у нее золотисто зеленые, почти карие, будто в сетчатке рассыпали разноцветные кристаллы и смотря в них погружаешься, будто в калейдоскоп. Какие-то новогодние картинки сразу от этих глаз. Или еще они похожи на тростниковый сахар на палочке, или на леденцы. И еще будто из них исходит нежный свет. И будто это дорога, по которой можно заглянуть внутрь нее, посмотреть на себя самого и ее взглядом, через эти странные фильтры, увидеть в себе даже того, чего и нет вовсе. А потом всё таки смотреть на нее саму, какая она красивая. Какие глаза красивые. И еще уменьшить картинку и увидеть, что эти глаза улыбаются, вместе с губами, да и чуть покрасневшие щеки улыбаются тоже. Глядя на нее не улыбаться вместе с ней невозможно и будто и лицо и взгляд просветляются, яснеют и еще больше цвет ее глаз чарует. И снова хочется как по лучу света туда попасть и снова посмотреть, - а как же она меня видит и через мгновение моргнуть и открыв глаза снова видеть ее, ее улыбку, зеленые кристаллы в глазах, нежный свет из них.
Закрываю глаза и не открываю долго, теперь снова нужно привыкнуть к полумраку, снова увидеть два огонька других глаз, которые приближаются и темный силуэт закрывает, накрывает темнотой.

Писк. Черт, забыл перед совещанием выключить звук. Сообщение. Достаю и выключаю. И снова карман в телефон. От нее, сразу голоса коллег уходят куда-то на задний план. так хорошо, что места справа сегодня пустые, слева только слышу голоса и напротив, но они все тише и тише в моих ушах. Зато сразу услышал звуки каблуков в коридоре и как на рецепшен тихо-тихо играет радио.
Договорились пойти в кино, я ждал у кафе, времени на кофе уже не хватало, скоро сеанс. Слышу каблуки позади, ого - не помню ее на каблуках. Красивая! Говорит что-то, не слышу - Что? Говорит - какой красивый сегодня. А обычно нет? "Сегодня особенно" и шепчет на ухо - "так бы и съела!" Ого. Снова в моём любимом "бохо", на груди зеленый кулон. Покупаю карамельный попкорн - любит сладкое. Дневной сеанс, народу мало и хоть мы в середине зала, мы последние и ряд для поцелуев переместился прямо к нам. Так хорошо. Мне неинтересен фильм, но он такой шумный и в паузы я склоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо, она делает так же. Хрустит попкорном и протягивает его мне, я не люблю такой, но мне так кайфово прикоснуться губами к ее сладким пальцам. Я убираю подлокотник и склоняюсь ближе, шепчу на ухо. Какая она красивая, как я ее люблю, как хочу. Слышу хруст попкорна, как она замирает, а потом шуршание одежды. Потом снова от экрана звук динамиков, не слышно ничего, приходится повернуться к экрану - что там происходит? В следующую "тишину" еще ближе, еще шепчу ей на ухо и она отвечает. Потом целую ее в ухо, щеку и губы. Она отвечает. Целоваться с попкорном прекрасно. Звук ее дыхания снова пропадает в грохоте фильма, но уже все-равно, а в паузе попкорн падает на пол, рассыпается, она звонко смеется, а зрители впереди громко шикают. Спускаюсь к груди, холодный кулон и теплая кожа под носом, слышу как стучит ее сердце. Уходим из кино, целуемся на улице под звуки пролетающих мимо машин и голоса прохожих. Голоса коллег возвращают меня, спрашивают и надо ответить и я со вкусом попкорна на языке отвечаю что-то, сам не слышу что, а слышу ее шепот в своём правом ухе, там где нет никого, там где пусто сейчас.
А сейчас? Так пусто сейчас, думал ли я что так будет, что станет так пусто? И нет больше никаких сообщений, ни одного сообщения. Ни одного нового сообщения, так долго, так давно. Только три этих сообщения от нее, от нее. Удалить сообщения? Да - Нет.
Tags: рассказы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments